Воздух в комнате был душный и спертый: от старых вождей пахло конским потом, сыромятной кожей, горелым деревом.
Сегер встал и, подойдя к окну, распахнул его. Майлс рассеянно крошил кусочек печенья. Голова у него все еще болела; ему так и не удалось принять холодную ванну, о которой он мечтал.
– Вот они, – сказал Сегер.
Трюблад, тяжело дыша, ввел Герьера в комнату.
– Я бегал в деревню, – проговорил он, с трудом переводя дыхание. – Я думал…
Сегер насмешливо усмехнулся, а Майлс сказал:
– Можно вас попросить вести протокол, Джошуа?
Трюблад кивнул. Доставая блокнот и карандаш, он тщетно пытался овладеть собой.
Герьер, сняв шляпу, отряхнул ее, потом вытер лоб, кивнул обоим вождям и быстро заговорил с ними на шайенском языке. Он отбросил все церемонии и старался быть таким же деловитым, как и белые.
– Спроси их, чего они хотят, – сказал Майлс. – Если они нуждаются в продовольствии, пусть возвращаются в свою деревню – я пришлю им дополнительные пайки.