Мизнер внезапно усмехнулся. Майлс сказал:
– Он знает, почему я послал за ними.
– Говорит, что не знает. Он говорит, что они жили мирно и никому не делали зла. Даже когда белые солдаты стали лагерем перед их стоянкой и навели на них пушку, они продолжали жить мирно. Разве белые люди не этого хотят?
Тогда агент, обернувшись к Маленькому Волку, сказал:
– Трое из ваших людей убежали. Один арапах видел, как они ехали на север, и он узнал этих людей. Вам известно, что закон запрещает индейцам покидать резервацию без моего разрешения. Вы должны поэтому дать мне десять ваших молодых людей, чтобы они остались здесь в качестве заложников, а тем временем солдаты отправятся на поиски этих трех. Когда они будут доставлены обратно, я отпущу заложников на свободу.
Герьер перевел сказанное агентом. Маленький Волк что-то прошептал Дикому Кабану. Тот кивнул. Маленький Волк медленно покачал головой.
– Нехорошо это, – сказал он агенту, – я не могу исполнить того, что ты требуешь. Как найти трех людей в стране, где может спрятаться тысяча! Если бы один из твоих помощников здесь, в агентстве, убежал, то разве я пришел бы требовать у тебя десяток твоих? Разве, по закону белых невинные должны страдать за виновных? Эти десять человек не совершили ничего дурного, а ты собираешься посадить их в тюрьму и держать их там, пока они не умрут. Сколько шайенов отправили вы в тюрьму во Флориде, а разве хоть один из них вернулся? Нет, я не могу отдать вам десять человек за троих, которых вы больше никогда не увидите.
Мизнер все еще продолжал усмехаться. Герьер, переводя, смущенно переступал с ноги на ногу. Майлс сердито заявил:
– Или вы приведете мне этих десятерых, или больше не получите от меня продовольствия! Я не дам вам никакой пищи, пока не получу их. Я требую этих людей, и требую немедленно!
Маленький Волк покачал головой.