Он с сожалением покинул Додж-Сити. Форт Додж, где был расположен гарнизон, находился в четырех милях от города. Всю дорогу Венест гадал, получит ли он увольнительную на эту ночь или на следующую. Возможно, что рота, которую вытребовал Мюррей, отправится немедленно. Но тут же Венест рассмеялся: он знал, что такие дела в армии не очень-то скоро делаются. Уж какое-нибудь препятствие да найдется!
Он ехал медленно, зная, что если приедет в форт к вечеру, выступление отряда, вероятно, задержится до утра.
Он ехал почти час, но наконец, пришпорив лошадь, все-таки въехал в форт резвой рысью. Теперь он чувствовал себя важной особой и задирал нос до тех пор, пока пехотинцы с него не сбили спесь, заявив, что в форте уже получена телеграмма о побеге шайенов.
Привезенный им рапорт понесли к полковнику. Солдаты начали издеваться над его рыжими вихрами и его страхом перед индейцами но так как это были все-таки только пехотинцы, то он горделиво выставлял напоказ свои сапоги со шпорами и саблю. Во время обеда он даже снизошел до расспросов о городе и о развлечениях, которые в нем можно найти.
Не успел он кончить обед, как пришел сержант с приказом все бросить и немедленно явиться к полковнику Личу. Быстро проглотив остатки кушанья, лежавшего у него на тарелке, Венест уныло отправился вслед за сержантом в офицерскую столовую. Как раз в эту минуту подавали суп, и, только покончив с ним, полковник Лич снизошел до Венеста:
– Это ты привез донесение от капитана Мюррея?
– Да, сэр.
– Фамилия?
– Венест, сэр.
– Тебе даны какие-нибудь устные инструкции?