Не люблю заводских. Все они мудруют, все ему несознательные. А мы не хуже его сознательные, врага знаем, воевать не отказываемся. Только у нас порядки не заводские, послабей.
Ты ему про найглавное -- про боль, про жрать нечего, а он, вместо чтоб в соху с тобой впрягтись, бунтовать учит.
А правы фабричные были. Как спину ни гни, дуги из нее не выделать. Горб, и никакой выгоды. Бунт-то полезней оказался.
Фабричных у нас не видать. Они свои отряды пополняют, они больше по правилам воюют, им грабить не приказано.
Здесь фабричных не видать, они больше на настоящих фронтах воюют. А кто около своего заводу дивизии формируют, свой завод пуще глаз берегут.
Им земля на после смерти нужна, им станок -- товарищ, их травка не веселит.
Я рабочих не люблю: одна помеха нашему брату, вольнице. У него, как у воробья, все чужое, беречь не привыкли, не в свои дела лезут. Ломятся, свои порядки заводят, воле ходу не дают.
С отцов на этой фабрике из них кровь точили, а они эту фабрику лучше пашни любят, пуще глаза берегут. Чудаки!
Дед пройдисвит, отец ракло [119], сын на фабрике жестко жизни обучен. Он нужного часа не проспит, ему гудок соловей.
Мы мальцами одно слышим от дедов да бабок -- то страх, то срам. А у них родители, почитай, пятилеток на караул ставили, революцию от жандарма стеречи.