Какой такой Керенский -- не знаю и не ведаю. Только слушать его не дам ушам. Он человек проезжий, наговорит, а кто его знает, надолго ли те его слова.
Говорили товарищи разное, да я веры не давал, о своем больше думал. Слышу -- сердце упало. Думаю: это нас от австрийцев повернут, своих за царя бить. Доспело, думаю, убьют, а не пойду на такое дело. Однако вышло, что все будто рады и пора строиться. Только бы вот домой поскорее.
Я грамоте обучен, газеты читаю, писать многое могу. А на все теперь ужасаюсь. Ровно меня пятилеткой каким перед морем поставили да и сказали -- переплыви.
Прежде всякий казак
Против вольных ставился,
А теперь стало не так,
Свободой прославился.
Нету худшего ворья
Как казаки-кумовья,
Коли станет им в угоду,