Она раскрыла записку. Увидела незнакомый почерк.
-- Это не он писал.
И рука опять опустилась.
С усилием, бледнея и стыдясь своей слабости, она почти умоляюще обратилась к Дружинину:
-- Я не могу. Прошу, прочтите вы.
-- Но, может быть... -- нерешительно начал он.
Она нервно перебила его:
-- Читайте, читайте! -- И, как бы оправдываясь и извиняясь, прибавила:
-- Я, должно быть, больна. -- Заторопила: -- Читайте.
Он подошел к лампе, раскрыл письмо.