-- Ну, вот видите, что я устроила.
-- Положим, это пустяки, -- успокоил ее Стрельников. -- Но, скажите, с чего это?
Она, еще с мокрыми ресницами и не рассеявшейся грустью, произнесла, вздохнув после плача:
-- Родных вспомнила.
Все улыбнулись, а Даллас комически развел руками, закатывая глаза:
-- Аллаверды.
Всем опять стало легко, а Кроль даже обратился к ней с вопросом:
-- Начнем снова?
-- Нет, нет, я хочу домой.
Она еще раз передохнула, но уж гораздо легче и прояснившимися глазами обвела художников и остановила взгляд на Дружинине, который оставался все на том же месте, подозрительно наблюдая во время этой сцены за Стрельниковым.