Все обратили внимание на эту перемену, поняли, что случилось что-то неладное и что смех теперь неуместен.
-- Хорошо, -- ответил он не сразу, как будто соображая, и, ни на кого не глядя, вышел вслед за швейцаром из кабинета.
-- Что такое?
-- Что случилось? -- спрашивали друг друга художники.
Но объяснений получить было не от кого. Тогда все, как по уговору, обратили вопросительный взгляд на Ларочку, которая одна могла слышать, что швейцар шепнул Стрельникову: она сидела с Стрельниковым рядом. Но та, очевидно, знала так же мало, как и они. Ее больше, чем всех, встревожил этот внезапный уход и особенно, когда Дружинин подошел к ней и спросил:
-- Скажите, та особа знает о вашем знакомстве с ним?
Она с замирающим сердцем спросила:
-- Какая особа?
Художники меж собою звали хозяйкой женщину, с которой и у которой жил Стрельников. И так же сейчас назвал ее Ларочке писатель.
-- Знает, -- ответила та. И почему-то покраснела. -- Что же из этого? -- через силу задала она ему вопрос.