При этом известии сухопарый, до сих пор скрывавший, как за опущенным забралом, за спинкой трона свою голову, быстро опрокинул его на землю, и моему взору предстало удивительно худое лицо с землистым цветом кожи и маленькими тусклыми глазками.
Здесь пристань та, где мой корабль спускает
Все паруса2,--
торжественно продекламировал он, отирая рукавом с лица пот; пот струился с него до того обильными ручьями, точно у него скрывался на голове под шляпою фонтан. С этими словами он бессильно опустился на трон, как будто решил действительно не ступать ни шагу далее, или, по крайней мере, рассчитывая, что на этом троне, как на сказочном ковре-самолете, он долетит если не до города, то, во всяком случае, до трактира.
-- Мама, я пить хочу! -- заявила девочка, повиснув на руке женщины. Мать молча достала из кармана яблоко и подала его дочери.
-- Уф, у меня во рту так пересохло, что там яйцо можно спечь,-- воскликнул возница.-- И дернул нас черт тащиться в такой зной!
-- Да ведь сказали, что до города рукой подать,-- вот и выехали, -- заметила женщина.
Последнее слово не совсем точно определяло их истинный способ передвижения, но на это никто из них не обратил внимания. Было не до того.
-- У нас вся вода и прочая живительная влага вышла в дороге,-- поглядывая на мою фляжку, заявил сухопарый.
Увы, я ответил, что страдаю тем же недостатком.