-- Странный вопрос! Я хочу видеть выставку. Это праздник для меня, такой же, как и для тебя. Почему же ты хочешь отравить его мне? Почему же мне нельзя быть здесь?
-- Ты отлично знаешь почему.
Она перестала притворяться и высокомерно сказала:
-- Хорошо! Но кому до этого дело? Разве мало известных художников брали натуру с своих жен, возлюбленных. Или это тебя шокирует?
-- Перестань говорить глупости. Здесь дело не во мне.
-- Обо мне не беспокойся, я готова всем крикнуть, что я твоя любовница.
Задетая его непонятным раздражением, не кстати помянула она это слово, но из странного упорства еще раз повторила его с каким-то новым для нее выражением, расширяя глаза:
-- Лосьевская любовница! Да.
Эта вспышка его удивила, и он, стараясь быть равнодушным, заметил:
-- Как хочешь.