-- Нет, я пойду домой.
-- Так я вас провожу.
Она молча кивнула головой.
Проходя по залам, она искала глазами Лосьева, но его уже не было.
II
Лосьев вышел с выставки, пересек широкую асфальтовую улицу и очутился на приморском бульваре.
Был тот тихий весенний предзакатный час, когда солнце теряет свою лучистость и воздух замирает, стараясь сохранить, как воспоминание всего, тепло и нежность. Контуры становятся мягче и только на вершинах деревьев еще реет его блеск, золотя и сливая их последние легкие веточки, покрытые молодой, желто-зеленой, не успевшей еще запылиться, пахнущей листвой.
Среди этой молодой зелени почти черными пятнами темнели плотные купы туй и сосенок.
На бульваре было мало публики.
Только у большой площади и памятников, перед которыми пестрели высаженные в клумбы цветущие гиацинты, играли дети, под присмотром нянек и скромно одетых мамаш, да на лавочках сидели одинокие унылые фигуры, рассеянно смотревшие на море.