-- Вы бы уснули, -- посоветовала ему Софья Петровна. -- Еще это будет нескоро, а тогда мы вас разбудим.
Он вопросительно взглянул на Унику, и она также сказала:
-- В самом деле, иди, усни.
Он, виновато улыбаясь, ответил:
-- Странно, я ужасно устал. Я тут поваляюсь рядом в комнате.
Взял руку Уники, погладил ее, поцеловал и сказал:
-- Как только я понадоблюсь, или ты захочешь меня видеть, сейчас же меня позовите. Я спать не буду.
Уника с некоторой тревогой проводила его глазами. Ей хотелось его вернуть: зачем? Она сама не знала. Но когда он ушел, ей стало холодно и тоскливо, как будто они разлучались надолго. И она была рада, что новая боль заглушила это состояние.
-- Софья Петровна, как вы думаете, все будет благополучно? -- тягучим внутренним голосом спросила она.
Равнодушно-усталое выражение лица акушерки сразу изменилось. Она с привычной бодрой улыбкой ответила: