-- На что Ему теперь, Богу-то, это гнилье?
Он ткнул ногой тело и потянулся за веревкой.
-- Все равно, веревке до дна не достать.
-- А вот увидим!
Веревка была длинная, волосистая, мокрая; камень перетер ее краями на самом конце.
Старик потянул за конец, и она вся зашевелилась, как свернувшийся, скорчившийся червяк.
Он присмотрелся к трупу и стал перевязывать его под мышками, избегая касаться руками тела.
Затянув крепким узлом веревку на его спине, он попробовал, хорошо ли она держится и слегка приподнял труп.
Труп показался ему очень тяжелым, -- тем лучше.
Товарищ весь дрожал, как в лихорадке, глядя на эти приготовления. Может быть, он и в самом деле был в лихорадке. Холод чувствовался и внутри, и снаружи, точно он весь был набит колючим льдом,