-- ...Я видела вас раза два. Да, именно два. Один раз в театре, другой раз на улице, но вы...
-- Что я? Договаривайте.
-- Вы сделали вид, что не узнаете меня.
Он с искренней горячностью стал убеждать ее, что это неправда. И рассказал о том, как лишь раз мельком ее увидел, но сомневался.
Она, как будто не слушая его, продолжала свое:
-- Еще в театре, это я понимаю, вы были с женой. Но на улице...
-- Да нет же. Клянусь вам, нет. Будь я тысячу раз с женой, я не имел основания не поклониться вам.
Она взволнованно раскрыла свою сумочку, достала надушенный платок, торопливым движением стерла пудру с лица.
-- О, таким, как я, кланяются только в сумерки и без свидетелей, -- заявила она уже с горьким раздражением, и тем окончательно рассеяла последние сомнения относительно справедливости нехороших слухов.
Однако, у него не хватило духу принять это сознание с такой же искренностью, с какой оно было сделано, и он с фальшивым удивлением ответил: