Иногда в это пение вплетался какими-то ржавыми звуками звон кандалов.
"Хлеб наш насущный даждь нам днесь".
Звенели слова молитвы, и эта мольба о хлебе насущном среди каменных стен неволи звучала страшным укором тем, кто попрал заповедь Бога.
Потрясенный пением этой молитвы, я сам запел вместе с ними, с людьми и камнями, но внезапная судорога схватила меня за горло и, не выдержав, я с рыданьем бросился в постель; уткнувшись головой в подушку, я весь сотрясался от рыданий, -- и мне казалось, что тот свободный, отделившийся от меня вчера ночью, с нежной заботливостью наклонился надо мною, как над беспомощным ребенком, и ласково шептал:
-- Надейся, товарищ!
Источник текста: Сборник "Рассказы" 1908 г.