-- Не всегда достойный... -- нерешительно заметила мать. -- Ты, например, ленишься учиться читать.
-- Но я хочу быть писателем, а не читателем.
-- И видно, что останешься глупцом!
-- Нет, папочка. Он теперь будет учиться хорошо, -- видя омраченное личико ребенка, сказала мать. -- За эти подарки он должен порадовать папочку. Иначе их придется отдать какому-нибудь бедному мальчику, такому, каким был папочка. Бедный мальчик постарается их заслужить, будет ценить их.
-- Час от часу не легче! Ну, и воспитание! Это уж какая-то система подкупов начинается.
Она покраснела, и мальчик почувствовал, что не только на него самого, но и на его мать падает, благодаря этому подарку, злая обличительная тень. Он начинал ненавидеть и шлем, и латы, и саблю.
Медленно сняв с себя все это, он, избегая глядеть на отца, положил игрушки на стол и твердо заявил:
-- Я не хочу играть в эти скверные игрушки!
В ту же минуту ему стало жаль чего-то, что отлетело от него навсегда, и он горько заплакал.
Мать с ненавистью взглянула на отца, но ничего ему не сказала, а он, повязывая галстук, недовольно и обидчиво проворчал: