(БЫЛЬ)
Все железнодорожные служащие, а особенно машинисты одной из линий североамериканских железных дорог, хорошо знали сторожевой пост 147 километра и всегда с улыбкой вспоминали о нем при разговорах.
Дело в том, что при проходе поездов на посту у стрелки очень часто замечали интересную группу. Нажимая на рычаг аппарата, стоял старый Джон -- стрелочник-сигналист, рядом с ним помещалась маленькая рыжеволосая девочка, а впереди них всегда находилась потешная лохматая собака.
Собака обыкновенно сидела на задних лапах, и в зубах у нее был зеленый сигнальный флажок.
Путь свободен!
Знали этот пост и многие пассажиры, которые часто проезжали по этому участку; и когда поезд приближался к посту No 147,-- они толпились у окон, чтобы полюбоваться этой живой картиной.
Старый Джон добродушно улыбался, девочка махала рукой удалявшемуся паровозу, и только собака, вся дрожа от нетерпения, сидела неподвижно, не выпуская изо рта сигнального флажка.
Иногда из окон вагонов летели целые булки, конфеты, кусочки сахару.
И все-таки лохматый сторож Нигс не трогался с места. Лакомые кусочки были очень вкусны. Но дело -- прежде всего...
Об этой собаке говорили много, и даже, наконец, о ней было напечатано в железнодорожной газете. Это-то и принесло огорчение всем, а больше всего--Нигсу.