Лористон шел впереди процессии, рассеянно стуча о плиты палкой, отчего он очень походил на приходского швейцара; шедшие за ним Мормон, Лавалетт и Корвизар никак не могли удержаться от смеху. Вдруг при повороте за колонну, в самом темном месте церкви, мимо них прошли два человека, одетые в темные рединготы, застегнутые на все петли. Самый низенький из них подошел к группе и холодно сказал:
-- Смех вовсе неприличен! В церковь идет кто хочет; но тот, кто вошел в нее, должен вести себя по крайней мере так же почтительно, как в Тюльери у императора!..
С этими словами молодой человек исчез за столбом, оставив весельчаков пораженными этими словами. Потому что этот голос был им слишком знаком.
С ними говорил Наполеон.
Маленький барабанщик
Это случилось в Пруссии в начале февраля 1807 г. Время было очень холодное. Наполеон ожидал стычки с русскими. Действительно, 8 числа того же месяца русская армия, собравшись в долине близ деревни Прейсишь-Эйлау, решила дать сражение. Накануне, на рассвете Наполеон разбудил дежурного адъютанта, который спал на соломе в дверях хижины, и сказал ему:
-- Послушай, Савари! Уже все встали, пора нам идти в обход.
Адъютант пошел предупредить штабных офицеров, а Наполеон вышел на улицу; было очень холодно, луна светила великолепно. В нескольких шагах он заметил на часах старого гренадера, который, зная, что между вечернею и утреннею зарею никому не должно отдавать воинских почестей, поставил ружье между ногами и набивал трубку.
-- Эге! -- сказал Наполеон, -- а нынче холодно!..
-- Ваше величество, вчера в это время было теплее сегодняшнего, -- отвечал гренадер, желая намекнуть на вчерашнюю кровопролитную стычку между корпусом маршала Даву и русскою кавалерийскою дивизиею.