-- Заслужил ли я? Ваше величество, в пяти сражениях я ищу смерти, не имея счастья с нею встретиться: Аустерлиц, Иена, Эйлла, Фридланд и вчера!.. Этого достаточно?..
-- Хорошо, хорошо, -- поспешно проговорил Наполеон, -- если так, то я вижу, что ты действительно его заслужил!..
И Наполеон сорвал с своей груди орден и подал его солдату. А тот схватил его из рук императора, упал на колени и стал судорожно прикладывать орден то к сердцу, то к голове... От волнения и неожиданной радости он был не в силах произнести ни слова. И Наполеон, воспользовавшись этой минутой, тронул коня. Но проскакав немного, он обернулся и увидел, что гренадер все еще стоял на коленях на том же месте и простирал к нему руки... Наполеон махнул рукой и помчался дальше.
А солдат встал, осыпая крест поцелуями, всхлипывая и утирая слезы рукавом... А когда он пришел в себя, лицо его омрачилось, он с досадой дернул себя за ус и пробормотал:
-- Сердце обливается кровью, как только вспомню, что я же отказал ему в картофелине в ту ночь!..
Наполеон и собака
Давно уже стихли раскаты выстрелов и орудийная пальба... Русские войска отступили; поле битвы в безмолвной тиши холодной, ясной ночи перестало стонать после пережитых ужасов каждым больным сердцем, которые, хорошие ли, дурные ли, замерли навсегда. Здесь лежали теперь, объединившись в общем страдании, недавние враги, примиренные смертью и Богом, -- русские солдаты и французские гренадеры.
Известие о новой победе, которое принесли услужливые адъютанты маленькому, серенькому человеку, -- страшному Наполеону, не вызвало на умном, холодном лице его ничего, кроме обыкновенной уверенности и какого-то холодного равнодушия.
Этот серый человек умел хранить в самом себе то, что думал и что переживал в ту или иную минуту своей жизни. Разгадать по лицу и по выражению серых, сильных волей, загадочных глаз Бонапарта не брался никто; они ничего не говорили даже знатоку-сердцеведцу, эти серые, холодные глаза.
Вся фигура, все поступки, все действия Наполеона -- были одной непроницаемой тайной и загадочностью, и именно это внушало всем окружающим его противникам какой-то непреодолимый ужас и покорность перед ним... Его уверенность, его удачный ход шаг за шагом к намеченной цели объясняли сверхъестественной губительной, стихийной силой, против которой человек бессилен и беспомощен...