О славянофилах-фарисеях и западниках-саддукеях <<1>>

В календарном порядке славянофилам естественно было бы отвести для специального их поминовения первую, приготовительную к покаянию неделю. Саддукеям, к сожалению, не отведено места в ряду покаянных недель; но, принимая во внимание, что фарисейство, как и славянофильство, - лишь маска, и что, следовательно, фарисеи - те же саддукеи, а славянофилы - те же западники, отделить их совершенно друг от друга невозможно; у них, грешивших одним и тем же грехом неискренности, должно быть и общее покаяние.

Да и на следующей в календарно-церковном порядке неделе сын блудный есть саддукей, а старший сын - фарисей.

Фарисейство есть мнимое братство и недействительное родство. Саддукейство есть дефратернизация и депатриация.

Западничество, отрицая отечество, заменяет братство гражданством; славянофильство признает мнимое отечество и недействительное братство.

Языков, обладавший сильным словом и привыкший видеть внимательных слушателей, должен был пережить страшные минуты при смерти, видя, что окружившие его ...., считавшиеся его друзьями, не удостоили даже ответить на его вопрос.<<*1>>

1 К фарисеям нужно причислить и Л. Н. Толстого, хотя он не славянофил и враг воскресения; к саддукеям же надо присоединить и В. Соловьева, хотя он допускает даже долг воскрешения.

*1 Упоминаемый здесь вопрос Языкова "друзьям" перед смертью по поводу одной прочитанной Языковым книги был "Веруют ли они в воскресение мертвых?" Так передает об этом Погодин (Москвитянин, 1846 г., N 11 и 12-й, стр. 254 и 258). Киреевский же (Полн. собр. сочин., 1, 97-99) передает вопрос так: "Верят ли они воскресению душ?" Как эта вторая редакция "в оригеновском духе", так и в особенности полное молчание "друзей" на вопрос Языкова, молчание, понимаемое Николаем Федоровичем как отказ от признания возможности воскресения, вызвало его нерасположение к славянофилам, нерасположение, которым объясняются многие резкие выражения его о них. Что касается книги, подавшей Языкову повод к этому вопросу, то Николай Федорович делает предположение, не была ли это книга Charles Stofiels'a "RИsurrection". Paris, 1840, из которой в рукописях Н. Ф-ча сохранились следующие выписки, указывающие на замечательные совпадения мыслей французского писателя, с учением самого Николая Федоровича, познакомившегося с книгою тогда, когда его собственные воззрения давно уже сложились:

"La nouvelle alliance de Dieu avec l'homme rИtablit l'antique alliance de l'homme avec le monde. Le nouvel Adam est rИdevenu ce qu'Хtait l'homme primitif, - l'вme vivante de la terre: il a ressaisi sa puissance sur les йlйments, il a fait rentrer la nature sous sa providence. (Jean. XIV, 12, 13. Marc. XI, 24. Luc. XVII, 6. Matt. XXI, id. X, 8)".

"Mais quelles plus grandes choses que celles que le Maоtre a faites sonts donc rйservйes ses disciples? Quels plus grands miracles sont possibles que de soumettre la Mort?"