— Мы, собственно говоря, нигде его не оставили, так как едва мы с него сошли, как его и след простыл.
— Но где это было?
— На море, само собой, капитан Куф: подобной вещи не могло случиться на земле.
— Вне всякого сомнения. Но, видите ли, так как точное доказательство настоящего положения вещей может иметь важное значение для решения участи подсудимого, то нам и было бы желательно проследить все это дело обстоятельно.
— Я оставил люгер приблизительно в полуверсте от того места, где теперь стоит ваш фрегат, — вмешался Рауль, — но его здесь нет, как вы видите.
— Где же он теперь? Вы присягнули говорить правду, свидетель, отвечайте?
— Я, право, затрудняюсь, капитан Куф; именно в виду моей присяги я по совести не могу вам ответить на этот вопрос. Никто не знает, где в настоящее время находится люгер, кроме тех, кто на нем.
Куф был немного смущен этим ответом, а капитан Лейон иронически улыбался и сам обратился к Итуэлю:
— Вы совершенно верно заметили, что только людям на борте люгера известно, где они находятся; но не скажете ли вы нам, где вы условились найти друг друга, когда сошли с судна, предпринимая ваше смелое путешествие?
— Я протестую против этого вопроса, как противозаконного, — отвечал Итуэль с такой силой и порывистостью, что прокурор вздрогнул, а прочие члены суда переглянулись с удивлением.