Удивляться тут нечему. Ведь это теперь, для нас, он -- великий писатель, а тогда на него смотрели как на преступника, вчерашнего каторжанина, не имевшего никаких прав...
Этот рассказ Каца я никогда не забуду.
Можно себе представить, сколько тяжелых, жутких минут пришлось пережить писателю в годы его почти десятилетней сибирской ссылки.
По выходе из Омской каторжной тюрьмы, оборванный и полуголодный, по этапу он пришел в Семипалатинск. Каторжный бушлат сменила серая шинель. Из каторжника он превратился в солдата, а солдатчина тогда мало чем отличалась от каторги.
Вот в это-то тяжелое время и произошла, по-видимому, его встреча с Елизаветой Михайловной Неворотовой. После долгих жутких лет каторжной тюрьмы он понемногу стал оживать. Но доступ в местное "светское" общество для него был еще закрыт, он был еще изгоем, и только старый семипалатинский базар с веселой молодой калашницей Лизой подарил ему первые радости возвращающейся жизни...
Печатается по журналу "Сибирские огни", 1928, No 2. С. 119--125.