-- Должен ли я принять ваши слова за предложение принять... звание... любовника в... -- Равенель бросил уничтожающий взгляд на реку... -- в плавучем театре "Цветок Хлопка"?
-- Вот именно! -- смело подтвердил капитан Энди, которому пришло в голову, что тон и манеры молодого человека резко противоречат дырке на сапоге. Он знал, что никто не станет носить дырявые ботинки без необходимости.
-- Все время новые места, -- повторил он.
-- Я так много их видел! -- заметил Равенель.
Глаза его все еще были устремлены на "Цветок Хлопка". Но взгляд его вдруг стал внимательным. На верхней палубе появилась высокая, стройная фигурка в белом платье. Это была Магнолия. Перед тем как сойти на берег, ей вздумалось посмотреть с парохода на романтический город, который давно уже завоевал ее симпатии и в котором она побывала добрый десяток раз.
В этот вечер ей были обещаны два удовольствия ужин у Антуана и французский театр. Она не знала и десяти слов по-французски. Энди забыл почти все, чему его учили в детстве. Парти считала, что это язык греховодников, созданный специально для романов в желтой обложке. Но все трое предвкушали удовольствие, думая о предстоящем спектакле. К радости Энди примешивалась тоска по родине. Магнолии, как актрисе, интересно было посмотреть на игру других актрис. Парти надеялась, что в пьесе будут неприличные сцены, которые дадут ей возможность наворчаться всласть. Надо заметить, что надежды ее в этом направлении сбывались редко.
Увидев отца, Магнолия помахала ему шляпой которую держала в руках.
-- Это актриса вашей труппы? -- осведомился Гайлорд Равенель.
Лицо Энди сразу смягчилось и просияло:
-- Это моя дочь Магнолия.