В мозгу господина директора де Ионга промелькнули, как молнии, мысли совсем не делового свойства, вроде: "Черт возьми... Глаза-то... Вот эту манеру одеваться я люблю в девушках... Усталый вид у нее... Нет, только глаза имеют такое выражение усталости... Красива... Нет, пожалуй, некрасива... Да она прелесть..."
Вслух он произнес:
-- Очень любезно было с вашей стороны посетить нас, мисс О'Мара. -- Потом ему показалось, что такое приветствие звучит чересчур помпезно, и он добавил коротко: -- Присядьте.
Мисс О'Мара села, подняла на него усталые глубокие синие глаза. Она молчала и глядела на него спокойно и приветливо. Он ожидал слов о том, что обычно она не приходит в учреждения, а принимает их представителей у себя, что у нее в распоряжении только минут двадцать, что день сегодня теплый (или холодный), что у них красивое помещение и что вид на реку великолепен... Но мисс О'Мара не сказала ничего и молчала с приветливо вопросительным видом. И Дирку пришлось самому начать разговор, что он и сделал с некоторой поспешностью.
Это было ново для Дирка де Ионга: обычно женщины первые заговаривали с ним и разговаривали с большой стремительностью. Женщин сдержанных, спокойных его молчаливость делала говорливыми. Женщины разговорчивые болтали с увлечением. Паула всегда говорила сто слов на его одно-единственное.
Но тут перед ним сидела особа еще более молчаливая, нежели он сам. И молчание ее было не тяжелое, не надутое и натянутое, а покойное, приветливое, располагающее к себе.
-- Я разъясню вам, что нам требуется, мисс О'Мара. -- Он разъяснил и ожидал, что она, как все другие, в ответ разразится тремя-четырьмя проектами. Но и тут эта Даллас О'Мара обманула его ожидания.
Выслушав его, она заметила:
-- Я подумаю обо всем этом день-другой, я всегда так делаю. Сейчас я рисую рекламу для мыла. А ваш заказ я Могу начать со среды.
-- Но мне хотелось бы видеть, то есть я бы хотел иметь представление, как именно вы думаете выполнить нашу работу.