Топот, говор, толчея.
-- Эй, отодвиньте назад свою клячу. Что за черт!
-- Сколько за всю кучу?
-- Бобы есть? Нет, не надо капусты. Бобов.
-- Четверть за мешок.
-- Что за капуста! Какие тут пять фунтов! В этих головках и четырех не будет.
-- Кто это говорит?
Пища для миллионов, живущих в Чикаго. От повозки к повозке.
Под копытами лошадей снуют босые дети с корзинами в руках, подбирая и тут же уплетая упавшие или брошенные с возов овощи. Вот обжора Анни, с повязанной накрест на колышущейся груди шалью, подбирает тут картошку, там луковицу, огрызки фруктов и остатки зелени -- и в миску, которую она несет под рукой. Вот "большая" Кет, покупающая морковь, турнепс, свеклу, все слегка уже попортившееся, зато дешевое, чтобы, связавши пучками, продавать настоящим зеленщикам в качестве зелени для супа.
День был теплый. Солнце встало красное и жаркое. Сентябрь в этой местности всегда теплый и сырой. Зелень быстро портилась в это утро. К концу дня она должна была потерять всякую цену.