Мистер Гарц придирчиво осматривал ресторан с верхней террасы. Нелегко было угодить ему со столиком: поближе к одной из трех площадок для танцев, но не слишком близко; поближе к оркестру, но не слишком близко; безусловно на террасе, где можно всех видеть и где тебя могут увидеть, однако не слишком на виду. Наконец нашли подходящее место.
В огромном ресторане, огороженном четырьмя стенами, но без крыши, царила приятная прохлада. Бен заказал напитки со льдом. На эстраде шла программа варьете. Бен энергично аплодировал и, казалось, хорошо знал участвовавших в нем девиц. Девушки эти были чрезвычайно молоды и восхитительно стройны. В одном из номеров они изображали различные виды света -- свет свечи, газа, лампы, электрический свет, свет солнца, луны, звезд. Костюмы их были причудливы и казались бы нескромными, не будь они так молоды, и не будь они такими худыми.
-- У вас, как я вижу, появилось несколько новеньких девиц, -- заметил Бен метрдотелю Альберту, когда тот проходил мимо их столика.
-- Да, -- ответил Альберт и повторил еще раз, дабы не показаться недостаточно учтивым. -- Да, сэр!
Лотти выговаривала самой себе: "Ах, Лотти, Лотти, не будь гордячкой! Совсем он не так плох. Просто веселится по-своему. А ты -- всего лишь далеко не молодая особа, которая должна радоваться случаю провести прохладный вечерок в "Мидвее", попивая кларет со льдом. Да, должна радоваться случаю!"
Но она отнюдь не радовалась.
Конечно, Бен хотел танцевать. Он преуспел и в этом и стал искусным партнером. Лотти тоже любила поплясать. Но, танцуя с Беном, не получала особого удовольствия, хотя он танцевал легко и умело и ловко избегал столкновений с другими парами даже в этой тесноте. Вблизи он казался Лотти влажным, мягким и каким-то пухлым.
Однако, сидя за столиком, Лотти наслаждалась прохладой и почти отдыхала душой. Верхушки стройных деревьев казались причудливым фризом над окружавшей сад крытой галереей. Яркий свет из сада, падая на них, придавал им фантастический вид -- они казались заколдованными, завороженными. "Совсем как деревья в феерии Барри", -- подумала Лотти и уж было открыла рот, чтобы произнести свою мысль вслух, но остановилась. "Все равно он меня не поймет", -- сказала она себе. Бен с аппетитом ел мороженое из высокого серебряного бокала.
-- Такое мороженое есть можно, -- объяснил он, -- в нем нет жиров. Вот сливочное мороженое -- другое дело. Оно не для меня. А малиновое -- можно.
-- Эти деревья, -- Лотти указала на них глазами, и Бен тяжело повернулся, держа на весу ложку с мороженым, -- эти деревья напоминают заколдованные деревья в пьесе Барри. Удивительно!