-- Нет.
-- Ах, недотепа вы этакий, у меня только что очистилось двадцать пять тысяч на этом дельце.
Генри помрачнел и постарался выбросить это из головы. Он поступил правильно, уверял он себя. Иногда Генри подумывал о сумме, на которую была застрахована его жизнь. Сумма была весьма солидная. В случае его смерти она составит целое состояние. Белла и Чарли будут обеспечены. Выход ясен, но нужно повременить... И он выбросил из головы и эту безумную мысль.
Бен был одинаково великодушен независимо от величины ставки. К примеру, он держал пари с Чарли. По его условиям проигрыш казался столь несомненным, что Чарли сказала:
-- Я не буду держать пари. На ваших условиях я наверняка выиграю. У вас нет никаких шансов.
-- Никаких? В самом деле? Вот так думает каждый, пока прежде не выиграет другой. Я так же уверен, как и вы. Я так уверен в выигрыше, что ставлю пару перчаток против пары игральных костей... Какой номер вы носите? Вы понимаете, я спрашиваю только для соблюдения формальностей, конечно. Мне в этот раз не грозит проигрыш.
Он залился сладеньким смехом и поймал тоненькие крепкие пальчики Чарли в свою пухлую лапу. Чарли с быстротой молнии выдернула руку. Она сама удивилась своей реакции. Это был, вероятно, непроизвольный протест против чего-то омерзительного.
Конечно, она выиграла пари. Бен прислал шесть пар лучших французских лайковых перчаток. Чарли задумчиво перебирала их без тени удовольствия на лице. Она ведь была далеко не дурочкой, но тем не менее называла себя глупой и гнала мысли, назойливо возникавшие в ее голове. Однако с этих пор, когда Бен Гарц не приходил или звонил, ее неизменно не оказывалось дома. Он писал -- она не отвечала, он посылал цветы или конфеты -- она никак не реагировала на его подношения. Каким-то образом Бен узнал, что Чарли условилась встретиться с матерью в кафе во время обеденного перерыва у Шильда. Он их подстерег, подхватил и почти насильно повез к Блекстону. Здесь, в пышной роскоши раззолоченного ресторана, с видом на бульвар и на озеро, он был в своей стихии.
-- Пожалуйста, Морис, столик у окна, у центрального окна. Так, так! Ну что же вы нам предложите? Омары? Артишоки? Японские сливы?
Он припомнил, как Чарли однажды сказала, что обожает омаров.