И, сидя в такси со своим тяжелым свертком на руках, она начала:
-- Так вот, значит, после Сен-Мийеля, когда немцы все отступали и отступали, а наши шли вперед, многие жители населенных мест разбежались. Младенцев бросали одних. Когда в сентябре наши дошли до Тиокура -- это маленький городок с тремя сотнями жителей, -- то нашли лишь груду камней. И там, среди развалин, в какой-то кухне без крыши лежал младенец. Конечно, его отослали к нам.
-- Да, Лотти, но может быть...
-- Нет. Отец был убит на войне. Удалось напасть на следы матери, но она в ноябре умерла. Я формально удочерила девочку...
-- Да что ты? Не может быть!
-- Нет, это правда.
-- Клер... а как дальше?
Лотти посмотрела на сверток и нежно прижала его к себе.
-- Клер Пейсон, конечно!
Все подруги Лотти пришли посмотреть на малютку. Раздавались восклицания, вздохи, охи и ахи.