МИЗИНЦЕВО
-- Матушка Вера Петровна, -- сказал дядюшка Павел Ильич за вечерним чаем, на третий день после именин, -- приказала ты Глафирке укладываться? Завтра нам надо пораньше выехать. Загостились. Пора и в Мизинцево.
-- Это правда, -- отвечала тетушка, -- надо Апише заниматься.
-- Ты лучше скажи: собираться в Москву.
-- О, ком вузет север {как вы строги (фр.)}, Павел Ильич!
-- Нет, матушка, знаю, что ты женщина умная, воспитанная, а все-таки женщина -- мать. Тебе жаль расстаться с Аполлоном, да делать нечего. Теперь век не тот стал: без университета никуда. Ведь служить ему надо.
-- О, ком де резон! {несомненно! (фр.)}
-- Ну, так куда ни сунься: в штатскую...
-- Фи, мон ами! кескесе? {мой друг! Что же это такое? (фр.)}
-- Ну да и в военную тоже. Хоть ты и воспитала его дома, но что ж, когда требуется? Надо, надо; да и времени тратить не к чему. Ему скоро пятнадцать; скажу -- греха на душу возьму, -- что шестнадцать. Ведь один сын...