-- Если бы вы только этого хотели,-- отвечал я,-- то не тягались бы мы с вами по судам.
-- А я больше ничего не желаю, как чтобы было "исправедливо".
-- Чего же справедливее! -- сказал я.-- Вы знаете, под нашими наливными колесами печать. Пустим всю рабочую воду до этой печати, а затем отметим, сколько воды наберется при этом в конце рабочей канавы, на находящемся там столбе, и с этой метки вся вода в реке наша.
-- Помилуйте,-- возразил Б--в,-- зачем же нам отмечать другой столб? Ведь вода везде ровна. Так уж будем набирать мою воду с того столба, что под вашими колесами, а не с того, что в устьях рабочей канавы.
Разговаривая не раз с арендатором о падении рабочей воды, я припомнил, что на небольшом протяжении рабочей канавы в каких-либо двухстах саженях вода в канаве для предупреждения засорения имеет вершка четыре склона, и что пустить Б-ва с водою по верхнюю печать значит дать ему ворваться в нашу рабочую канаву и тем лишить ее навеки возможности расчистки.
-- Вы, Алексей Кузьмич, просите воды в реке, а присчитываете мою рабочую канаву и сами говорите, что все равно,-- верхняя или нижняя печать. Уж если вы желаете справедливости, то будем метить с того места, где кончается моя вода и начинается ваша.
-- Ну, пускай будет так. Давайте на этом кончать мировую,-- сказал Б--в.
-- Ну, в добрый час,-- сказал я, протягивая руку.-- Если вы твердо решились на этом покончить, то я сегодня же вечером поеду к Сергею Семеновичу и попрошу его в качестве посредника и человека, настолько же хорошо известного вам, как и мне, оформить нашу мировую и закрепить ее установлением законных знаков. Я сегодня же, вернувшись, дам вам знать, на какой день вызовет нас Сергей Семенович для написания мирового акта.
-- Слава тебе, Господи,-- сказал Б--в, раскланиваясь,-- что на этом решили. По крайней мере, будет "исправедливо".
Сергей Семенович просил нас приехать на другой день после обеда, обещав к тому времени написать черновую нашей мировой, в буквальном смысле моих слов, для того, чтобы, в случае одобрения проекта Алексеем Кузьмичом, писарь имел время переписать его набело для наших подписей.