-- Сеньоры, -- продолжала королева, -- имеет ли кто-нибудь из вас какие-либо возражения?
На скамьях духовенства и дворянства все молчали.
-- А вы? -- спросила королева, обращаясь к буржуазии.
-- Да благословит Спаситель и Божия Матерь ваше величество, короля -- нашего властелина и инфанта дона Педро, -- отвечал почтительный голос. -- Лиссабонские жители не имеют других желаний, кроме желаний их повелителей!
Говорившим был старый Гаспар Орта-Ваз.
-- Я узнаю этот голос, -- неожиданно сказал Альфонс.
Гаспар думал уже, что погиб, он подумал о ночной экспедиции и увидел повисшее над своей старой головой обвинение в измене, но король сейчас же продолжал:
-- Извините, королева и почтенная матушка, -- сказал он, -- но когда этот мужик заговорил, мне показалось, что я слышу голос старого Мартина Груса, который кормит моих бульдогов.
И Альфонс откинулся в кресле, совершенно довольный самим собою.
Легкая краска покрыла лицо королевы, взгляд которой пробежал по всему собранию, чтобы увидать действие, произведенное этим неуместным замечанием. Все лица были невозмутимы. Королева встала и взяла у секретаря печати.