Графиня, охваченная почтительным состраданием, не смела прервать задумчивости своей повелительницы. Наконец последняя как бы пробудилась от сна и заговорила, стараясь улыбнуться:
-- В самом деле, моя дорогая, -- сказала она, обращаясь к Инессе, -- мы вам оказали очень мрачный прием... Графиня, ваша воспитанница прелестна, и я вам очень благодарна, что вы привезли ее ко двору короля, моего сына. Как ни высоко ее происхождение, мы постараемся найти ей подходящую партию.
Инесса, милое личико которой было покрыто краской смущения, побледнела, услышав последние слова королевы.
-- Что это значит? -- спросила королева. -- Сеньорита чем-то опечалена, уж не желает ли она поступить в монастырь?
-- Ваше величество, -- вмешалась графиня, -- Инесса Кадоваль -- невеста моего младшего сына.
-- В добрый час! Не сказала ли я сейчас, что ей найдется подходящая партия? Кадоваль и Васконселлос! Трудно найти две более благородные фамилии... Но старший Суза?
-- Старший мой сын, государыня, дон Луи граф Кастельмелор и что еще важнее, он имеет честь быть вашим крестником. У другого нет ничего, и донна Инесса полюбила его.
-- Граф Кастельмелор! Это важный титул, Химена, никогда ни один изменник не носил его... У моего Луи благородное сердце, не так ли?
-- Я надеюсь, государыня.
-- Счастливая мать! -- сказала королева, вздыхая.