Они переступили порог и прошли длинную анфиладу комнат, прежде чем дойти до той залы, в которой мы прежде видели собравшимся все семейство Сузы. Ничто не изменилось, все было по-прежнему: старинные портреты, кресло с гербом, которое всегда занимала донна Химена, и стул с высокой спинкой черного дерева, на котором когда-то сидела Инесса Кадаваль.
Васконселлос провел рукой по лбу, как бы желая изгнать тяжелые воспоминания.
Он отворил одну дверь и указал на комнату со старинной мебелью, очень роскошною, в которой стояла большая кровать с балдахином, на красных бархатных подушках которой был вышит золотом Браганский крест.
-- В то время, когда имя Сузы было еще не запятнано, -- сказал он, -- короли ночевали в этой комнате. Это будет ваша комната на сегодняшнюю ночь... Спите спокойно, я буду стеречь ваш сон.
Он поклонился и сделал шаг к дверям.
-- Останьтесь, -- сказала королева.
Васконселлос побледнел, но сейчас же остановился.
-- Сеньоры, -- продолжала королева, обращаясь к своим спутницам, -- оставьте нас.
Две дамы удалились. Королева и Васконселлос остались одни.
В зале горела только одна лампа. Ее слабый свет едва рассеивал мрак и оставлял совершенно неосвещенными углы комнаты. Только там и сям блестела позолота.