Бросив взгляд на предшествующие события, мы станем продолжать наш рассказ с той минуты, как монах вышел из дворца Кастельмелора.
Было около семи часов вечера. Королева полулежала на кушетке, около нее сидели Мария и Габриель де Соль, вышивая. Инфант дон Педро сидел на табурете и, аккомпанируя на португальской гитаре, пел французскую песню, которую выучил, вероятно, для того, чтобы понравиться Изабелле. Слушая его, она облокотилась на руку головой и мечтала.
-- Не знакома ли тебе эта песня? -- спросила шепотом Габриель свою сестру Марию.
У Марии были слезы на глазах.
-- Что такое? -- спросила королева.
-- Это воспоминание, ваше величество, -- сказала весело Габриель. -- Песня, которую так хорошо поет его высочество принц инфант, очень хорошо знакома Марии.
-- Вот как! -- сказала, улыбаясь королева. -- А откуда она знает эту песню?
-- Наш кузен, Рожер де Люс, очень часто пел ее.
-- Не плачь Мария, -- сказала, вздыхая, королева, -- когда-нибудь мы возвратим тебе Францию и твоего кузена... Не все могут льстить себя сладкою надеждою снова увидать тех, кого любят. Перестаньте петь, прошу вас, брат.
Королева называла таким образом инфанта. Он сейчас же положил гитару и подошел к королеве.