-- Но я не знаю этого человека, -- сказала королева, -- откуда же эта странная заботливость обо мне?
-- Вы уверены, что действительно не знаете его? -- спросил инфант.
-- Клянусь честью, я даже никогда не видала его.
-- Я говорю это потому, что мне точно так же монах говорил о вашем величестве. Он говорил, чтобы я заботился о вас... Чтобы я возместил вам за все мучения, которыми преследовал вас мой брат.
Королева скрыла под улыбкой свое смущение.
-- Да, -- продолжал инфант тихим голосом, -- его советы были всегда благородны. После каждого оскорбления, полученного мною от брата, он приходил утешать меня и укреплять мою душу против соблазна мщения. Кто бы он ни был, я обязан ему благодарностью... Но таинственность, окружающая его, беспокоит меня. Я не могу любить этого человека, я верю ему и уважаю его, но какой-то голос говорит мне, чтобы я не привязывался к нему.
Инфант замолчал.
Мало-помалу, под влиянием этого таинственного разговора, лица четырех беседующих приняли тревожное выражение. Ночь была темная, снаружи ветер свистал между деревьями; две молодые девушки, прижавшись друг к другу, с трудом скрывали свой безотчетный страх.
В эту минуту дверь отворилась, и каждый ожидал, что появится таинственная личность, о которой только что говорили. Но лакей доложил громким голосом:
-- Ваше величество! Дон Симон Васконселлос-Суза!