-- Я буду судим штатами королевства, -- отвечал принц. -- Если я буду обвинен, я безропотно пойду на эшафот. Но я не могу переносить присутствия такого негодяя, как ты, Кастельмелор.
-- А если бы я пришел предложить вам свободу? -- спросил спокойно граф.
-- Дон Педро отказался бы! -- поспешно ответила королева.
-- Дон Педро примет такое предложение, -- продолжал холодно Кастельмелор. -- Он молод, перед ним еще целая жизнь, и так печальна смерть в двадцать два года, когда она является страшная и неизбежная во мраке тюрьмы!
Монах вздрогнул при этой ужасной угрозе, которая, как он знал, должна была исполниться.
-- Кто осмелится умертвить брата короля? -- спросил инфант с улыбкой презрительного недоверия.
Несколько секунд Кастельмелор молчал, потом вдруг выпрямился и надел шляпу.
-- Я, в свою очередь, спрошу, -- сказал он твердым и решительным тоном, -- кто смеет называть себя братом короля... Король больше не существует, дон Педро Браганский.
Инфант и королева взглянули на графа с изумлением.
-- Или, вернее, -- продолжал Кастельмелор, -- Португалия переменила повелителя, и теперь только дон Симон де Васконселлос Суза имеет право называть себя братом короля.