Вид он имел озабоченный и печальный, но печаль его не принадлежала к числу тех, которые являются вследствие случайной неприятности и которые улетучивается при первом радостном луче; это была печаль постоянная, следствие продолжительных и беспрерывных горестей.
Большие, прекрасные его глаза лежали в глубоких впадинах; на лоб, покрытый морщинами, ниспадали редкие, серебристые волосы; рот, прекрасно очерченный, оканчивался по обеим сторонам глубокими морщинами верными знаками страданий, горестей и глубокого уныния.
В характере искусных лгунов -- старание как можно ближе подходить к истине. Верный этому принципу Боб Лантерн завлек молодых девушек, несчастных сестер, именно в ту самую гостиницу, где имел обыкновение -- во время своего приезда в Лондон -- останавливаться Энджус Мак-Ферлэн. Неожиданное его появление поразило хозяйку гостиницы невыразимым страхом, а ее супруг бессмысленными глазами уставился на гостя и нервно теребил свои рыжие бакенбарды.
Мак-Ферлэн не заметил смущения своих хозяев, он поспешно сбросил с себя плащ и подошел к камину.
-- Я устал, -- сказал он, -- приготовьте мою комнату.
-- Вашу комнату! -- повторил мистер Груфф. -- Признаться, лорд Мак-Ферлэн, сегодня я не ожидал вашу милость, право, не ожидал!
-- А что? Разве комната моя занята?
-- Занята? Благодарение Богу, в нашей гостинице не одна только комната. Комната вашей милости...
-- Друг мой, не болтай! -- оборвала его супруга, которая тем временем успела прийти в себя и уже улыбалась. -- Ах, какой сюрприз вы нам сделали. Как ваше здоровье? Какие новости?
-- Я нездоров, -- холодно отвечал гость, -- и не имею никаких новостей. Приготовьте же поскорее мою комнату!