-- Затем ты точно описал этот шрам.
-- Но, скажи мне, -- прервал Франк, -- произносил я имя маркиза Рио-Санто?
-- Нет, -- ответил изумившийся в свою очередь Стефан. -- Но, следовательно, ты знаешь о чем я говорю?
-- Да, мой друг, знаю! -- с грустью ответил Франк.
-- Несчастная сестра!
Взгляд, которым он посмотрел на портрет сестры, и его слова были так грустны, что Стефан замолчал, сожалея, что пробудил в душе друга горькие воспоминания.
И он не ошибся. Его слова разбередили еще более ужасную рану, чем та, которую Франку нанесла шпага маркиза.
-- Ты единственный мой друг, -- вдруг начал Франк, протягивая руку Стефану, -- и тебе я открою мою тайну. Пододвинься сюда. Ты не знаешь ведь, от чего умерла моя сестра, Гарриет? Тебе одному, Мак-Наб, открою. Слушай.
-- Это было, -- начал Франк свой рассказ, -- два года тому назад. Гарриет нежно полюбила Генриха Доттона, лорда Шербурна, и стала его счастливой невестой. В начале июля мы отправились в Шотландию к матушке. Мы переправились за границу. Вечер, помнится, был очаровательный, ровно в десять часов мы въехали в Аннан.
Но Гарриет просила ехать далее. Я не спорил, потому что надеялся переночевать у твоего дяди, Мак-Ферлэна, в Локмебене. Переменили лошадей. Ты знаешь, что за прелестное местоположение между Аннаном и Локмебеном. Нас очаровывали прелестные виды, которые приобретали еще более прелести от яркого лунного освещения.