Но вот что происходило в кабинете. Граф отправился туда в большом смущении. Патерсон следовал за ним. Человек, дожидавшийся его, желал переговорить с графом без свидетелей и поэтому велел удалиться Патерсону. Патерсон находился в затруднении: он не знал, оставить ему его господина или нет. Вид этого человека до того его пугал, что он с трудом решился выйти из комнаты.
-- Вы, вероятно, не ожидали меня, -- сказал незнакомец.
-- Спенсер! Неужели это вы! -- едва проговорил лорд.
-- Я, милорд.
Вейт-Манор оглядел его с ног до головы.
-- Это я, Измаил Спенсер, покорный ваш слуга, я жив и здоровехонек, как будто бы никогда не был повешен! -- возразил незнакомец.
-- Но... -- начал было лорд.
-- Но... -- садясь возле кресла графа, прервал его.
-- Спенсер, с тех пор, как меня повесили, я сделался для всех каким-то зверем. Хотя в этом нет ничего удивительного. Доктор Муре явился ко мне в темницу, и на шее у горла сделал мне небольшое отверстие, просунув в негр гусиное перышко. Это называют, кажется, фаринготомией. И когда веревка сдавила мне горло, я дышал через перышко.
-- А что же с нею? -- спросил граф.