"-- Впрочемъ, письма были не вашей руки, баронъ, сказала она:-- слѣдовательно, вашъ эптузіазмъ совершенно безпристрастный... Но какъ знать? У этихъ невинненькихъ иногда бываетъ много поклонниковъ... одни пишутъ, другіе дѣйствуютъ...
"Я вспыхнулъ отъ негодованія...
Тутъ Отто остановился, какъ-бы опасаясь, не слишкомъ ли много сказалъ.
Албертъ и Гётцъ еще не знали фамиліи Сары и не знали ея сестры. Они не понимали ничего лишняго въ исторіи, которой Отто не хотѣлъ объяснять.
Они едва замѣтили, что голосъ брата сдѣлался особенно-одушевленнымъ.
Онъ продолжалъ, но уже холоднымъ, спокойнымъ тономъ.
-- Сара прервала меня съ большой ироніей:
"-- Довольно, баронъ, объ этой невинности, которой я не могла уберечь... Дальше?
"-- Дѣйствительно довольно, отвѣчалъ я:-- потому-что людскіе законы здѣсь безсильны... Обратимся къ вашему мужу, котораго Вы разоряли съ такимъ постояннымъ стараніемъ и убиваете съ такою варварскою изобрѣтательностью!..
"-- Клевета и дерзость, сударь!.. Довольно!