Ужь двѣ недѣли, какъ гости пировали въ звмкѣ. Двѣ недѣли праздника -- весьма-довольно; но время прошло незамѣтно, и почти еще никто не скучалъ.
Впрочемъ, программа истощилась. Чрезъ нѣсколько дней надо было отправляться въ Парижъ, и многіе ужь предчувствовали скорое окончаніе праздника.
Только двѣ вещи поддерживали раззадоренное любопытство гостей: говорили о большомъ маскарадѣ и объ охотѣ съ факелами въ старомъ графскомъ паркѣ.
Балъ долженъ былъ превзойдти великолѣпіемъ все предъидущее. Каждый могъ видѣть приготовленія въ огромной залѣ съ готическими колоннами, гдѣ графы Блутгаупты чинили судъ и расправу.
Эта зала, въ которой, при началѣ нашего разсказа, мы видѣли служителей замка, теперь отдѣлывалась роскошными украшеніями, приноровленными къ античному стилю ея архитектуры.
Что касается до ночной охоты, то главныя подробности ея были опредѣлены напередъ въ неоднократныхъ таинственныхъ засѣданіяхъ. Распорядители праздника, подъ предсѣдательствомъ Авеля и при участіи Мирелюна и Фиселя, были подъ вліяніемъ нѣкоторыхъ страницъ прекрасной книжки Леона Гозлана, въ которой живописно и чрезвычайно-энергически описаны блистательныя черты подобной охоты.
Это была копія, но большая и богатая копія, съ дикою природой Вюрцбурга вмѣсто тощаго цивилизованнаго парка, въ которомъ напрасно старалась заблудиться свита Лудовика XIV.
Фисель, Мирелюнъ и ихъ товарищи этимъ и удовольствовались; Мира, Рейнгольдъ и г-жа де-Лорансъ, не говоря ужь о фан-Прэттѣ и Маджаринѣ Яносѣ, видѣли въ охотѣ еще нѣчто.
Въ крайности, она представляла случай поправить неудачи, и компаньйоны Гельдберга мечтали сдѣлать въ эту освѣщенную ночь такое, чего, конечно, не могли найдти въ фантастическомъ описаніи Гозлана...
Маскарадомъ и охотой должны были заключиться празднества.