Это было хорошенькое, болѣзненное, кроткое существо; въ замкѣ видѣли ее только одинъ разъ при проѣздѣ; съ-тѣхъ-поръ, она не выходила изъ комнаты Батальёръ.
Сара еще не кончила своего бальнаго туалета, при которомъ Батальёръ безъ урона занимала мѣсто двухъ камеристокъ.
Чтобъ придать балу болѣе характеристики, гости заранѣе сговорились о костюмахъ.
Сара и сестра ея Эсѳирь принадлежали къ кадрили, составленной изъ главныхъ лицъ "Тысячи и Одной Ночи"; на ней была богатая вышитая куртка прекрасной Зобеиды и кашмировое платье, убранное каменьями; изогнутый кинжалъ висѣлъ на поясѣ; не доставало только высокаго тюрбана, на который Батальёръ прикалывала великолѣпный фермуаръ.
Малютка въ ожиданіи сидѣла передъ зеркаломъ. Этотъ костюмъ такъ гармонировалъ съ ея восточной красотой, что Батальёръ смотрѣла на нее съ удивленіемъ и гордостью...
Глаза Малютки были обращены на зеркало, но она не видѣла себя; мысль ея была далеко отъ праздника. Она мечтала, и мечта ея была грустна въ эту минуту: тонкія, черныя какъ агатъ, брови ея по временамъ двигались; на губахъ скользила злобная, ѣдкая улыбка.
Комната ея была убрана со вкусомъ, по нисколько не напоминала эротическаго великолѣпія ея парижскаго будуара. Чрезъ отворенную дверь видна была комната г-жи Батальёръ, и въ ней двѣ кровати, изъ которыхъ одна скрывалась до половины за длинными спущенными занавѣсками.
Взоръ Сары часто обращался къ этой кровати, и тогда выраженіе лица ея смягчалось даже до нѣжной любви.
-- Вотъ тоже, сказала Батальёръ, примѣряя тюрбанъ на рукѣ: -- такую вещь не въ каждомъ парижскомъ магазинѣ найдешь!.. Надѣюсь, моя дорогая госпожа не будетъ сожалѣть о своихъ двухъ жеманныхъ горничныхъ!
-- Нѣтъ, разсѣянно отвѣчала г-жа де-Лорансъ.