-- Радуйтесь, прелестная Сара, продолжалъ Рейнгольдъ.-- Ваши переѣзды кончены... Долетѣлъ ли до васъ звукъ двухъ выстрѣловъ на горѣ?
Сара утвердительно кивнула головой.
-- Ста золотыхъ пуль стоитъ для насъ каждая свинцовая, блестѣвшая въ этотъ моментъ, продолжалъ Рейнгольдъ.-- Теперь намъ нечего бояться, сударыня... Францъ спитъ въ глубинѣ Блутгауптскаго-Ада!
При этихъ словахъ, компаньйоны начали самодовольно потирать руки.
-- Да вѣдь ужь и не безъ труда было! сказалъ Фабриціусъ фан-Прэттъ.
-- Я-было уже терялъ надежду, примолвилъ докторъ.
На лицѣ Сары выразилась горькая и вмѣстѣ презрительная улыбка.
-- Поберегите свои восторги до другаго раза, сказала она.-- Францъ въ эту минуту здравъ и невредимъ, и спитъ спокойно на своей постели.
Отпечатокъ самодовольства сгладился съ лицъ Мира и фан-Прэтта.
Рейнгольдъ засмѣялся.