-- Тѣмъ болѣе, что въ настоящую минуту Францъ уже, быть-можетъ, знаетъ какъ имя своего отца, такъ и причину, заставляющую насъ противъ него дѣйствовать.
-- Почему вы это думаете? спросилъ докторъ.
-- Я не знаю... такъ... догадываюсь!.. Проходя мимо, онъ на меня такъ странно посмотрѣлъ... Кто спасъ его, тотъ могъ ему и разсказать.
Съ поникшими головами стояли компаньйоны, не имѣя силъ возражать.
-- Я еще не все высказала, прибавила Малютка.-- Вы вѣрно замѣтили, что на площадкѣ передъ замкомъ много народа; въ ихъ тихомъ говорѣ есть что-то таинственное; они все смотрятъ на старинныя башни замка.
-- Это меня не безпокоитъ, возразилъ Рейнгольдъ:-- это просто крестьяне, которые ожидаютъ возвращенія охоты.
-- Да, г. кавалеръ, это дѣйствительно крестьяне... но, клянусь вамъ, они не думаютъ о возвращеніи охоты: они не сводятъ глазъ съ вершины сторожевой башни... Этотъ блестящій огонекъ., они ждутъ возрожденія души Блутгаупта...
-- Нелѣпость! проговорилъ сквозь зубы кавалеръ.
-- Нѣтъ, сударь, все это очень-важно! На легковѣрный умъ этихъ людей уже успѣли подѣйствовать... Не даромъ провелъ нѣсколько часовъ въ окрестностяхъ Блутгаупта тотъ человѣкъ, котораго мы называли барономъ Родахъ!.. Наши темныя дѣла погубятъ насъ всѣхъ отъ перваго до послѣдняго, если намъ не удастся однимъ ударомъ довершить ихъ!
Компаньйоны не могли скрыть своего ужаса; одна Сара была спокойна и холодна.