Брови Денизы слегка насупились и она сердито топнула ножкой.
Она была очень-молода, но стройна и прелестна собою. Движенія ея были исполнены граціи и достоинства; нарядъ отличался изящною простотою.
Но всего страннѣе было то, что она походила на Франца. Очеркъ лица ихъ былъ одинаковъ; въ улыбкѣ была та же кротость; тотъ же умъ блисталъ въ большихъ голубыхъ глазахъ. Только выраженіе благородной дѣвственности замѣняло у молодой дѣвушки рѣзкое и рѣшительное выраженіе лица юноши. Но въ эту минуту было наоборотъ: Францѣ робко опустилъ глаза и покраснѣлъ; Дениза смотрѣла на него смѣло, гордо.
Молодая дѣвушка все болѣе и болѣе сердилась.
-- Пропустите меня! повторила она повелительнымъ голосомъ: -- или я позову на помощь!
Потомъ она прибавила съ горькимъ презрѣніемъ:
-- Я почитала васъ взрослымъ молодымъ человѣкомъ, уже вышедшимъ изъ дѣтскихъ лѣтъ, и думала, что вамъ извѣстны правила чести... Но теперь вижу, что жестоко ошибалась!
Эти слова какъ острые кинжалы вонзились въ сердце бѣднаго Франца.
Онъ сложилъ руки и поднялъ на Денизу умоляющій взоръ.
-- Прошу васъ, проговорилъ онъ:-- простите меня... еслибъ вы знали...