"Въ тотъ же вечеръ отправился я къ ней и сталъ ее разспрашивать.-- Она отвѣчала, что ребенка, котораго отдали ей на воспитаніе, звали только Францомъ. Другаго имени у него не было. Но это еще не все: она помнила даже медальйонъ и сказала, что сняла съ него золотую рамку, замѣнивъ ее мѣднымъ ободочкомъ.
"На другой день, я приказалъ начальнику Франца пожурить его за что бы то ни было. Молодой человѣкъ разсердился, сталъ грубить, и его выгнали.
"Вамъ, можетъ-быть, покажется, что не слѣдовало дѣйствовать такъ скоро. На это я долженъ отвѣчать, что къ намъ ежедневно приходятъ люди, жившіе долгое время въ Германіи. Случай могъ устроить какую-нибудь непріятную встрѣчу...
"Впрочемъ, хоть мы и исключили его изъ нашей конторы, я, однакожь, не выпускалъ его изъ вида. Онъ перемѣнилъ квартиру, но я поручилъ одному человѣку слѣдить за нимъ и зналъ все, что онъ дѣлалъ.
"Мнѣ бы никогда и на мысль не пришло отправить его... къ отцу, какъ вы говорите, потому-что онъ самъ велъ такую жизнь, что скоро умеръ бы съ голода, еслибъ ко мнѣ не дошли весьма-неблагопріятныя вѣсти, чрезъ одного почтеннаго, добраго человѣка, ходящаго по дѣламъ моимъ въ Тамплѣ.
"Надо замѣтить вамъ, господинъ баронъ, весьма странное обстоятельство: въ Тамплѣ есть цѣлое общество, состоящее изъ прежнихъ блутгауптскихъ слугъ и васалловъ..."
-- Не-уже-ли? вскричалъ Родахъ.
-- Ихъ тамъ по-крайней-мѣрѣ человѣкъ двадцать-пять, продолжалъ кавалеръ, преувеличивая число, чтобъ придать болѣе интереса своему разсказу:-- и всѣ они люди добрые, но безхарактерные, влюбленные въ своихъ старыхъ господъ, поступавшихъ съ ними какъ съ собаками, и питающіе безсмысленную ненависть къ настоящимъ владѣтелямъ замка... Правда, они не могутъ ничего намъ сдѣлать; но положимъ, что имъ удалось бы найдти сына Гюнтера,-- ихъ свидѣтельство и дурное расположеніе къ намъ могло бы имѣть непріятныя послѣдствія.
"Я поручилъ своему агенту, также нѣкогда бывшему васаллу Блутгаупта, разузнать намѣренія и надежды его товарищей.-- Онъ человѣкъ весьма-хитрый, остающійся въ добрыхъ сношеніяхъ съ своими земляками, и въ то же время дешево продающій мнѣ ихъ секреты..."
-- А какъ его зовутъ? равнодушно спросилъ Родахъ.