Но усилившіеся крики заглушили ея голосъ.
Игроки, питухи и танцоры -- всѣ бросили свои занятія и собрались смотрѣть битву, обѣщавшую любопытное зрѣлище.
Образовался кругъ; дамы впереди.
Фрицъ и кавалеръ, стоя другъ передъ другомъ, дѣйствительно были похожи на двухъ бойцовъ, готовыхъ начать рукопашную; но, всмотрѣвшись ближе, можно было замѣтить, что на обоихъ лицахъ выражался одинаковый мучительный ужасъ.
Отяжелѣлыя вѣки кавалера опустились, и взглядъ неподвижно уставился въ землю. Фрицъ смотрѣлъ во всѣ глаза, и расширившіеся зрачки его, казалось, хотѣли выскочить вонъ.
Онъ смотрѣлъ на Рейнгольда; лобъ его наморщился; губы судорожно шевелились; волосы встали дыбомъ.
-- Не увести ли его? спросилъ Малу Іоганна.
-- Сейчасъ, хладнокровно отвѣчалъ харчевникъ.
Малу повернулся къ Питуа.
-- Смотри бумажникъ!.. проворчалъ онъ.