-- Кричи, Маргарита, кричи, моя милая жена! продолжалъ старикъ съ улыбкой идіота: -- я украшу прелестное чело твое жемчужной діадемой, а грудь алмазнымъ уборомъ, которому позавидуютъ королевы... Вѣдь я буду богаче всѣхъ королей въ мірѣ!
Въ этотъ разъ, фан-Прэтъ кивнулъ головою.
Гюнтеръ посмотрѣлъ на часы.
-- Часъ проходитъ! сказалъ онъ радостно:-- металлъ кипитъ на днѣ котла; дитя движется въ утробѣ матери... О, счастливая ночь! счастливая ночь для дома Блутгауптовъ!
Маргарита болѣе и болѣе страдала; крики ея становились рѣзче: старикъ прислушивался къ нимъ съ наслажденіемъ...
Три сообщника оставались холодны и неподвижны.
Пажъ и молодая дѣвушка молчали; каждая жалоба графини отзывалась въ сердцахъ ихъ.
-- Гертруда! вскричала Маргарита:-- я умираю! Помоги, помоги мнѣ!...
Гертруда вскочила и бросилась къ постели.
Но докторъ предупредилъ ее; онъ сталъ между ею и больною.