Снова наступило молчаніе.
Еще прошла минута; Гертруда въ другой разъ приподняла свои длинныя рѣсницы. Францъ стоялъ опустивъ голову; его нежданныя, живыя впечатлѣнія, какъ впечатлѣнія ребенка, не знали границъ; имъ уже овладѣло отчаяніе.
На этотъ разъ, Гертруда сжалилилась. Голосъ ея сталъ кротокъ и ласковъ.
-- Да, проговорила она съ маленькимъ остаткомъ вражды: -- а зачѣмъ вы смѣетесь надъ Жаномъ Реньйо?
Лицо Франца просіяло.
-- Вы видѣли ее, вскричалъ онъ:-- вы все это говорили, чтобъ отмстить мнѣ!
-- Нѣтъ, сударь; кому нужно трудиться, хлопотать для такого злаго...
-- Гертруда! Гертрудочка! сталъ упрашивать Францъ:-- скажите, вы видѣли ее?
-- Хорошо вы платите за хлопоты о вашихъ дѣлахъ!
-- Боже мой! вскричалъ Францъ, который готовъ былъ пролѣзть въ игольныя ушки:-- этотъ бѣдный Жанъ!.. добрый Жанъ!.. да знаете ли вы, Гертруда, какъ я люблю его!.. Гертруда! пожалуйста! скажите, вы видѣли ее!