Францъ закусилъ губы, и брови его хотѣли нахмуриться. Но вмѣсто того онъ, играя, обхватилъ талію Гертруды.
-- Хорошо, сеотрица, вскричалъ онъ: -- если вы непремѣнно хотите, чтобъ я сказалъ... я полагаюсь на васъ, и ни на кого, кромѣ васъ, не полагаюсь.
-- Ахъ, Господи! сказала смѣясь Гертруда: -- какая у васъ сильная защита, господинъ Францъ.
-- Самая лучшая; вы это знаете, потому-что сами отвергли всѣ другія... У васъ такое прекрасное сердце...
-- Хорошо! перебила Гертруда: -- теперь ужь я не злая... Начинаются комплименты...
-- Вы знаете, что я васъ люблю, возразилъ Францъ:-- и очень былъ бы радъ, еслибъ и вы меня любили!
Гертруда всѣми силами старалась удержать свой насмѣшливый видъ; но Францъ былъ счастливецъ: его голосъ инстинктомъ зналъ извилистый путь къ женскому сердцу.
Когда онъ хотѣлъ -- ему не противились.
Впрочемъ, на этотъ разъ, онъ имѣлъ много выгодъ на своей сторонѣ. Гертруда была душою предана Денизѣ, и ничто не побуждало ее бороться съ чувствомъ, которое влекло ее къ Францу. Ея чистая, добрая душа рвалась наружу.
-- Вы пойдете къ ней, говорилъ Францъ: -- я знаю, что вы пойдете, сестрица... вы скажете ей, какъ мнѣ горько безъ нея, какъ мнѣ нужно ее видѣть...